Нужно ли нам телевидение 8K

Эфирное телевидение со своими стандартами PAL/SECAM/NTSC долгое время оставалось, по современным меркам, медиасервисом низкого разрешения. Первые массовые мониторы во многом были технически схожи с современными им телеприемниками, да и возможности ранних графических адаптеров наряду с узостью каналов доступа в Интернет делали бессмысленным слишком уж высокое разрешение. И все же постепенно к середине первого десятилетия 2000-х общепринятым мониторным стандартом стал Full HD (1920×1080, 2K), а с начала 2010-х вошел в моду 4K – в версиях 3840×2160 для обычных моделей и 4096×2160 для широкоэкранных, «кинотеатральных».

Вскоре потоковые цифровые медиасервисы, такие как YouTube и Netflix, обогнали в популярности эфирное, кабельное и спутниковое телевещание, так что даже телеприемники с экранными матрицами Full HD покинули верхнюю ценовую страту – отныне премиальный ТВ обязан был иметь разрешение 4K. Параллельно развивались и еще более впечатляющие – как представлялось тогда – разрешения: первый коммерческий ТВ с 8K-матрицей был продан в 2015 г. в Японии примерно за 133 тыс. долл. Ближе к концу 2010-х индустрия пребывала в уверенности, что вот-вот телевизоры и мониторы с панелями на 8K (7680×4320) вытеснят 4K-варианты в средний диапазон цен, а на горизонте уже реяли монструозные пока (как по размерам, так и по себестоимости) 16K-модели (15360×8640).

Однако теперь, в середине 2020-х, становится очевидно: рынок в столь высоких разрешениях не нуждается. Южнокорейская LG, бесспорный лидер на этом направлении, полностью свернула выпуск 8K-панелей (причем изготавливаемых по обеим актуальным сегодня технологиям – и LCD, и OLED). Первый ее 8K-телевизор с диагональю 88 дюймов был реализован в 2019 г., но продажи пошли вяло, и уже в 2022-м рекомендованная цена на 76,7-дюйм модель 8K OLED была разом снижена с 20 тыс. до 13 тыс. долл. Китайская TCL прекратила свои эксперименты с 8K ТВ еще в 2021-м, а японская Sony – в апреле прошлого года. По состоянию на 2024 г., как подсчитали в Omdia, в мире продавалось примерно вдвое больше 4K ТВ, чем 2K и меньших разрешений вместе взятых, а доля 8K на этом фоне и вовсе ничтожно мала, по сути оставаясь на уровне статистической погрешности.

Причина этого, как указывают эксперты, вовсе не в недостаточной проработанности технологий или в прижимистости покупателей: первые Full HD и 4K-телевизоры, а позже и мониторы тоже обходились крайне недешево. Дело в банальном отсутствии такого видеоконтента, который при демонстрации с разрешением 8K воспринимался бы существенно лучше, чем на экранах с меньшим количеством пикселов. Как подсчитали исследователи из Кембриджа, разница между цифровыми 4K- и 8K-изображениями проявляется для человеческого глаза на 50-дюйм дисплее лишь при нахождении от него на дистанции 1 м или менее – что для ТВ и даже для компьютерного монитора таких размеров попросту непрактично. Перед 100-дюйм 8K-телеприемником нужно усаживаться не далее чем на 2–3 м, чтобы насладиться всеми нюансами детализации, – но панелями такого размера оснащают обычно домашние кинотеатры, в которых в лучшем случае только первый ряд попадает в зону оптимального просмотра.

Понятно, что аудитория, которая действительно могла бы проголосовать трудовым долларом за ориентированный именно на 8K видеоконтент, сегодня в мире чрезвычайно мала – и в актуальных макроэкономических реалиях навряд ли заметно вырастет. Потому и потенциальные создатели такого контента не торопятся в него инвестировать: даже Sony, хотя и продвигала свою новую телеприставку PS5 сперва как «8K-ready», в июне 2024-го тихонько убрала эту строчку из рекламных буклетов. Телевизоры с матрицами 8K до сих пор есть в продаже – за 65-дюйм модели в США просят не более 2,5 тыс. долл., – но в обозримой перспективе вряд ли стоит ожидать обновления их модельных рядов и тем более дальнейшего наращивания числа пикселов на ходовых дисплеях. Пока что – попросту незачем.