Отрасль ИБП в депрессии? Часть II.

Тревожная статистика и прогнозы. Тренды 2025 и 2026 гг. 

Анализ российского рынка ИБП

 

Василий Мочар, директор ITResearch

 

По заказу изданий www.itbestsellers.ru и www.bytemag.ru аналитическая компания ITResearch готовит регулярные аналитические обзоры, посвященных ситуации на российском рынке ИБП.

Основной акцент «весенней» статьи на статистике: на долговременных трендах отрасли, а также на установленной базе ИБП и прогнозировании. «Осенний» обзор призван оперативно отследить ситуацию, разворачивающуюся на рынке ИБП в течение года.

В этом году «весенний» обзор мы решили, в свою очередь, разбить на две части, которые выйдут одна за другой. Первая – посвящённая Установленной Базе ИБП уже опубликована. Вторая, текущая, – посвящена статистике регулярных продаж, трендам и прогнозам. Основная мотивация такого расщепления связана с необходимостью обеспечения читаемости материала. Но при этом, если потребуется, мы во второй части будем делать отсылки к первой.

Все данные первичны и взяты из регулярных ежеквартальных и ежегодных отчетов аналитической компании ITResearch по российскому рынку ИБП, которые выпускаются с 2000 года.

Сразу напоминаем, что в первых разделах мы преимущественно ограничимся сухой статистикой, а все дополнительные объяснения, анализ и прогнозирование вынесены в отдельный параграф.

 

Долговременные тренды

Суммарно в 2024 г. в России было продано 1,23 млн ИБП на сумму в 382 млн долл. (см. рис. 1.1 и 1.2). Таким образом рынок YTD (год к году) снизился на 9% в штуках и на 5% в деньгах. Примечательно, что годом ранее снижение составило -12,6% в штуках и -8,1% в деньгах. То есть у нас был второй год снижения, правда с некоторым затуханием темпов «отрицательного роста» (см. рис. 1.3).

В сопоставлении с докризисным 2021 г. мы видим итоговое снижение регулярного рынка на 7% в штуках, но при этом рост на 4,5% в деньгах. Однако по сравнению с ситуацией на начало 2022 г. Установленная База ИБП в России осталась фактически неизменной (номинальное снижение на 1%). Провал (на 170 тыс.) наблюдался только по итогам кризисного 2022 г., но затем произошло восстановление и, несмотря на то что последние два года рынок был в заметных минусах, интегральная УБ этого пока ещё особо не заметила. Но структура УБ при этом продолжила смещаться в инфрастуктурные сегменты, но об этом позже.

До 2007 г. продолжался период быстрого роста продаж массовых ИБП, связанный с первичным насыщением рынка десктопами и связанными с ними ИБП (см. рис. 1.1). Но затем, после достижения отметки в 3 млн проданных аппаратов за год, произошло фактическое обрушение массового рынка, связанное с наступлением эры ноутбуков, на что дополнительно наложился ещё и финансовый кризис.

После этого период первичного насыщения закончился, и рынок перешел в фазу «вторичных продаж», когда оборудование приобретается преимущественно на замену уже установленных аппаратов. И это, кстати, становится ключевым элементом прогнозирования регулярных продаж, поскольку текущие продажи (около 1,3 млн штук) должны в целом соответствовать количеству выбывающего вследствие старения и поломок оборудования.

Рис. 1.1 Динамика рынка, в тыс. шт.

Что касается денежных показателей, то по этому параметру лучшим годом был 2012 г. (см. рис. 1.2), когда объем продаж составил более 550 млн долл. Это очевидно связано с серьезным изменением структуры рынка, а именно, к росту продаж корпоративно ориентированного оборудования. Нижней точкой рынка, как и в штуках, был 2015 г. (следствие первой волны санкций, когда экономика только начала готовиться к их противодействию). Сейчас рынок балансирует на уровне около 400 млн долл.: было бы и выше, но слишком много внешних факторов ограничивает данный рост.

Рис. 1.2 Динамика рынка, в млн. долл.

 Рис. 1.3 Динамика годовых темпов роста, %

Очень показательно различие натуральных и денежных трендов на российском рынке ИБП, если их сопоставить на одном графике (см. рис. 1.4).

Если взять уровни 2000 г. за 100%, то в 2012 г. денежные показатели превышали их в 5 раз! Да и прошлый, 2025 г. выглядит на этом фоне неплохо, показав рост в 3,1 раза.

Но если мы посмотрим на динамику штучных показателей, то они удручают. Уже много лет на рынке стагнация, и даже сверхудачный 2023 г. показывал прибавку всего лишь 81% к уровню прошлого тысячелетия. Прошлый год, показавший умеренное снижение, вообще оказался выше начала тысячелетия всего лишь на 44%.

Как было сказано выше, в значительной мере на снижение рынка массовых ИБП повлиял переход пользователей на ноутбуки, которые концептуально не столь требовательны к наличию внешнего устройства, обеспечивающего беспрерывную работу. Сейчас ноутбуков продается уже больше, чем десктопов, и они всё чаще используются в качестве основного компьютера для стационарной работы.

Рис. 1.4 Накопительный рост. По сравнению с 2000 г.

Действительно, денежные показатели растут заметно быстрее, и в результате средневзвешенная стоимость одного устройства имеет уверенный тренд к увеличению (см. рис. 1.5) Фактически на длинном периоде этот показатель более чем утроился, несмотря на рост доступности технологий и эффект масштаба, а также уход «грандов» и рост вклада китайских и российских брендов. А это в очередной раз подтверждает, что на российском рынке ИБП продолжается сдвиг в сторону инфраструктурных решений.

 Рис. 1.5 Динамика средневзвешенной стоимости ИБП, в долл.

В некоторых крупных компаниях с долговременным горизонтом планирования и большим вниманием к финансовому обоснованию инвестиций также используют такой параметр, как CAGR (Compound annual growth rate): совокупный среднегодовой темп роста. Выражается он в процентах и показывает, на сколько процентов за год прирастает изучаемый параметр. Кто-то предпочитает трехлетний цикл, кто-то пятилетний. Динамика CAGR обычно показывается в виде скользящего графика.

Понятно, что на нашем рынке на три, а тем более на пять лет планировать опрометчиво, но, учитывая определенный интерес к данному формальному параметру, мы решили продолжать приводить расчеты CAGR для российского рынка ИБП. Здесь представлен интегральный параметр, но он может, естественно, рассчитываться и отдельно для любой компоненты. Очевидно, что пятилетний индикатор является более сглаженным, чем трехлетний (см. рис. 1.6 и 1.7). Но тут всё на любителя, в целом они колеблются в одном цикле.

Если же сравнить CAGR для штучных и денежных показателей, то динамика этого показателя в деньгах менее амплитудная, а ее положительное значение, как и следовало ожидать, в целом более высокое (отрицательное, в свою очередь, также меньше по модулю).

 Рис. 1.6 Динамика совокупных среднегодовых темпов роста. CAGR, штуки

Рис. 1.7 Динамика совокупных среднегодовых темпов роста. CAGR, деньги

Примечательно, что в логике CAGR последние пару лет на российском рынке ИБП не происходит ничего особенного. Трехлетний CAGR в штуках даже подрос, но пятилетний в небольшом минусе. Денежные CAGR оба положительны. Таким образом, если базироваться только на CAGR, то говорить о формирования нисходящего тренда на российском рынке ИБП пока не приходится.

 

Динамика продаж внутри 2025 года

Если посмотреть, как развивалась динамика продаж в течение 2025 г., то за первый квартал 2025 г. российский рынок ИБП переменного тока составил 267 тыс. устройств на сумму 68,7 млн долл. Снижение рынка в натуральном выражении по сравнению с 4 кварталом 2024 составило 27%, что очень немного в рамках сезонного фактора. Напоминаем, что годом ранее снижение было более серьезным — на 10%.

В годовом выражении (YTD) рынок снизился на практически неощутимые 0,9% в штуках. В деньгах рынок потерял 3,3%. И это при том, что у очень многих производителей ощутимо выросли цены. И если этот рост всё равно не перекрыл снижение рынка, это означало спад отгрузок в инфраструктурный сектор при относительно нормальной ситуации с коробочными решениями.

За 2 квартал 2025 г. было продано 270 тыс. устройств. В деньгах рынок оценивался в 84,5 млн долл. По сравнению с 1 кварталом рынок в штуках показал почти идентичные цифры, но при этом вырос на 23% деньгах.

Однако динамика YTD показывает, что рынок снизился на очень весомые 18% в штуках и на 10% в деньгах. Отрасль, очевидно, начало накрывать совокупностью негативных факторов, и продажи застопорились.

Различная динамика штучных и денежных показателей была связана не с тем, что (как обычно) выросли продажи (год к году) в инфраструктурном сегменте (второй квартал 2024 г. тоже был сильным в On-line-ИБП), а c ростом стоимости оборудования практически во всех классах. Здесь сыграла роль как ценовая политика ведущих игроков, так и рост курса рубля. Вместе с тем, внутри самого 2025 г. (по сравнению с 1 кварталом) наблюдался заметный сдвиг в On-line, особенно в самом тяжелом сегменте.

Третий квартал показал продолжение нисходящего тренда. Всего было продано 330 тыс. устройств, а в деньгах рынок составил 95,6 млн долл. Это достаточно неплохой рост по сравнению с 2 кварталом (+22% и 13%, соответственно), но необходимо помнить, что на российском рынке ИБП сильно выражен сезонный фактор, и не раз бывали случаи, когда итоги 3 квартала даже превышали уровни 4 квартала.

При этом в годовом выражении (YTD, по сравнению с 3 кварталом 2024 г.) в штуках рынок снизился на 15%, а в деньгах снижение было даже несколько выше (-17,7%) за счет некоторого охлаждения в сегменте сверхтяжелых решений. В штуках динамика была лучше, чем во 2 квартале, но в деньгах это были худшие темпы роста в году.

Рис. 2.1 Динамика продаж ИБП по кварталам, тыс.штук

 Рис. 2.2 Динамика продаж по кварталам, млн.долл

Ну, и наконец, в течение 4 квартала 2025 г. на российском рынке ИБП переменного тока было продано 364 тыс. устройств. В деньгах рынок достиг 130,5 млн долл. Это очень хороший рост по сравнению с предыдущим кварталом (+10,6% и 33,6%, соответственно), а значит, к концу года рынок «задышал». (Скорее всего, благодаря снижению ставки. Да и еще была зафиксирована реализация ряда очень крупных проектов).

В годовом выражении (YTD, по сравнению с 4 кварталом 2024 г.) наконец-то наблюдался слом нисходящего тренда, действовавшего практически два года. В штуках рынок остался при своих (номинальное снижение на 0,1%), но в деньгах прибавил 7,5%. Средневзвешенная стоимость ИБП, показывающая в последние годы уверенный сдвиг в инфраструктурный сегмент, побила рекорды, достигнув 358 долл.

Финализируя данный раздел, приходим к выводу, что, во-первых, интегральное снижение 2025 г. было обусловлено провалом 2 и 3 кварталов. Во-вторых, 4 квартал уже показал намёк на восстановление рынка, т. е. можно было бы надеяться, что дно уже пройдено. Однако, данные по 1 кварталу 2026 г. показали, что рынок как минимум ещё раз собрался сходить вниз.

Технологическая структура рынка

ITResearch использует сразу несколько подходов к сегментации рынка ИБП, в зависимости от решаемых задач. Подробнее с методологией можно ознакомиться в наших более ранних обзорах, очередное дублирование видится ненужным, тем более что и так до этого места добрались только профессионалы.

В ряде случаев мы проводим сравнение сегментов в денежных показателях, поскольку нельзя сравнивать сотни тысяч массовых ИБП с несколькими тысячами штук мощных аппаратов, которые по состоянию на начало 2026 г. в итоге занимают всего 1,6% регулярного рынка (см. рис. 3.1). Кстати, если взять Установленную Базу, то их доля здесь много (на 80%) больше — 2,9%, что связано с существенно более долгим сроком функционирования.

Рис. 3.1 Распределение продаж ИБП различных классов в 2025 г. 

В штучном выражении

В деньгах же картина кардинально иная: тяжелые ИБП сейчас вносят вклад в полтора раза больше, чем массовые (см. рис. 3.2). То есть основные деньги сейчас в сегменте корпоративного оборудования (в первую очередь, в КИИ), что и приводит к преимущественной ориентацией вендоров на инфраструктурные сегменты.

 Рис. 3.2 Распределение продаж ИБП различных классов в 2025 г. 

В денежном выражении

Стоит добавить, что наибольшему давлению с началом СВО было подвержено именно тяжелое оборудование (см. рис. 3.3), что было в первую очередь обусловлено уходом грандов. При этом легче всего этот абсолютный шторм пережил класс легкого корпоративного оборудования. Он же и вырос больше всего, как только ситуация на рынке начала стабилизироваться.

Массовый же сегмент продолжает терять свои позиции, что воплощается в росте средневзвешенной стоимости ИБП, о чём мы упоминали в начале обзора.

Рис. 3.3 Динамика продаж ИБП различных классов по сравнению с уровнем 2019 г. в денежном выражении

Если мы используем более «дробную» сегментацию (см. рис. 3.4), то здесь структура показывает относительно ламинарное развитие, но определённые тренды вполне просматриваются.

Когда-то гремел сегмент резервных (off-line) ИБП, на который делала ставку компания APC, формируя очень значимую часть массового рынка. Сейчас же его доля упала до 2,5%, — как с уходом с нашего рынка APC, так и с тем, что остальные вендоры практически не используют данную топологию, даже в самом низком диапазоне мощностей поставляя интерактивные аппараты. Очевидно, что off-line окончательно ушёл в нишу, без вариантов, от слова совсем. При этом сегмент Line-interactive, AS относительно стабилен, что и понятно, поскольку обусловливается требованиями сохранения УБ.

 Рис. 3.4 Динамика долей ИБП различных технологий. В денежном выражении

На протяжении последних лет в среднем заметно выше рынка развивается сегмент On-line-ИБП легкого корпоративного класса (On-line, less 3 kVA), пусть даже и немного сдавший по итогам 2024 г. При этом устройства Line-interactive, Sin, входящие в тот же сегмент, уполовинили свою долю. Очевидно, что в первую очередь это было связано с ростом доступности On-line, less 3 kVA, особенно в форм-факторе RT. Это один из главных отраслевых бенефициаров, и мы как раз посвятили ему очень большой обстоятельный обзор (см. ссылка).

За этими процессами стоят объективные технологические причины, связанные с растущим спросом в ИТ, телекоме, а также Edge computing, завязанного на промышленность и транспорт. Также стоит добавить, что очень большую роль сыграло заметное снижение цен на легкий онлайн, во многом связанное с тем, что сейчас он перешел из разряда «эксклюзивного высокотехнологичного» в разряд вполне массового и доступного даже в формате RT с коэффициентом мощности равным 1.

Недавно мы, следуя пожеланиям участников рынка, «расщепили» тяжелую категорию 120+ кВА на две категории: 120-199 кВА и сверхтяжелую 200+ кВА. Поскольку у нас есть помодельные данные продаж за все годы исследований, то нам не составило труда задним числом эту сегментацию распространить и на более ранние года. И мы видим, что тяжелый сегмент 120-199 кВА в целом стагнирует, а вот сверхтяжёлый 200+ кВА за последние годы удвоил свою долю, достигнув уровня 13-14% от всего рынка в деньгах. Отрадный результат для всего нескольких сотен устройств за год! Здесь следовало бы развернуть предпосылки и тренды чуть подробнее, но это, пожалуй, ключевой момент обзора, и мы обязательно вернемся к этой теме в последнем его разделе.

Интересные тренды просматриваются при переходе к анализу форм-факторов (см. рис. 3.5). В первую очередь, хотелось бы проиллюстрировать тренд к росту популярности универсального форм-формата RT (Rack/Tower), о котором мы говорили чуть выше. Рост популярности данного форм-фактора во много связан также с тем, что если ранее он был прерогативой в основном «грандов», то сейчас производство настолько отлажено, что он есть в ассортименте практически всех вендоров, а цены стали сопоставимыми с башенными решениями той же мощности. Это также повышает спрос на RT.

 

Рис. 3.5 Динамика продаж различных форм-факторов, млн. долл.

При этом их конкуренты (RM – Rack/Mount) уверенно уходят в нишу (см. рис. 3.6). Очевидно, что узкоспециализированное решение (если оно не 1U) будет проигрывать универсальному ИБП, который ещё и доступнее за счёт эффекта масштаба.

Рис. 3.6. Динамика доли RT и RM, в штуках

Возвращаясь к рис. 3.5 отметим отсутствие выраженного тренда к росту интегральных продаж модульных систем, о которых так часто все говорят.

Но здесь стоит копнуть глубже. И как показывает распределение продаж, в самой тяжелой категории (свыше 200 кВА), помимо общего роста продаж, происходит явственное вытеснение монолитных ИБП (tower) модульными решениями (см. рис. 3.7). Примечательно, что здесь уже становятся вполне рядовыми мегаваттные фреймы с силовыми модулями по 100 кВА. А на подходе уже даже и 150 кВА модули.

Получается, что сейчас именно это точка роста для модульных решений, которую, кстати, проще всего объяснить. Дело в том, что подавляющее число ИБП экстремальных мощностей сейчас использованы в ЦОДах, а модульные решения как раз в наибольшей степени востребованы ИТ-сектором. В более низких мощностях будет то же самое, но всему свое время.

Рис. 3.7 Распределение продаж по топологиям 

в самой тяжелой категории 200+ кВА

Рис. 3.8 Динамика суммарной мощности инфраструктурных ИБП, в МВА

Ну и, напоследок, подсчитаем суммарную мощность установленных инфраструктурных ИБП (выше 10 кВА), проданных за последние 7 лет (см. рис. 3.8). Безусловно, не все они ушли в ИТ-системы и ЦОДы, но что касается оборудования свыше 200 кВА, то это почти без вопросов.

Во-первых, суммарная мощность данных классов ИБП составила чуть более 3 ГВт (учитывая традиционный в этом классе коэффициент мощности=1). Это очень много, сопоставимо с тремя блоками атомной электростанции.

Во-вторых, основной рост пришёлся именно на самый тяжелый сегмент (свыше 200 кВА), что указывает на опережающий рост самых больших ЦОДов, что, впрочем, неудивительно на фоне перехода страны на суверенные облака.

 

Конкурентная среда

После драматичных событий 2022 г. и последовавшей быстрой перестройки конкурентной среды в 2023-2024 гг., в прошлом году на российском рынке ИБП ситуация в целом стабилизировалась. Те производители, которые успели вырваться в лидеры, в целом сумели удержаться на своих позициях и в целом успешно развивают свой бизнес, проходя путь от ноунеймов к А-брендам. Те же, кто не успел масштабировать бизнес, в основной массе ещё остаются на плаву, занимая несколько процентов рынка, но шансов побороться за лидерство у них всё меньше.

Вчерашние «гранды» также всё дальше от возможности вернуться на российский рынок, и их продукция, которая ещё проникает на наш рынок, нужна заказчикам уже только лишь в качестве «затычки»: дабы обеспечить функционирование уже развёрнутых комплексов, когда неоправданно рушить большую систему из-за выхода из строя одного небольшого компонента.

Отдельной строкой стоят крупнейшие операторы ЦОДов, которые за счёт своего масштаба и способности долгосрочного планирования способны напрямую заключать зарубежные контракты для реализации больших проектов, а также самостоятельно обеспечивать приличный сервис. Это очень нерыночная тема, которая зачастую скрыта от всех посторонних глаз и при этом вносит существенные погрешности в итоговые цифры по рынку.

Также есть несколько десятков совсем небольших брендов, включая региональные, продажи которых обеспечены долгосрочной близостью поставщика (интегратора) к крупному корпоративному заказчику. Но это нишевые истории, которые держатся на человеческом факторе, и они могут закончиться совсем внезапно. И за всем этим кроется значительная потенциальная угроза именно для клиентов, которые внезапно могут оказаться с парком ИБП непонятного происхождения и качества, который некому обслуживать.

Упомянутые процессы и движения нашли свое отражение и в статистических показателях. Для мониторинга интенсивности конкуренции мы традиционно используем индекс Герфиндаля (сумма квадратов долей брендов, который мы здесь рассчитываем в деньгах (для обеспечения сопоставимости компаний)). Согласно теории, у данного индекса есть уровень 0,18, который разделяет монополизированный и конкурентные рынки.

Вплоть до 2022 г. данный индекс держался на уровне около 0.14, показывая еще довольно приличную консолидацию рынка, а значит, не запредельную интенсивность конкуренции (см. рис. 4.1). Но затем, с уходом «грандов» (в первую очередь APC), на рынке остались компании с относительно небольшими и сопоставимыми долями, что потянуло за собой индекс вниз, в зону сверхинтенсивной конкуренции. Кстати, уже второй год кряду, с усилением некоторых российских брендов наблюдается осторожное отрастание индекса, но говорить о смене тренда пока преждевременно.

Рис. 4.1 Динамика уровня интенсивности конкуренции (Герфиндаля) 

в целом по рынку

Следует отметить, что в первую очередь уход «грандов» ударил по инфраструктурной составляющей рынка, где они были особенно сильны. Это, в частности, привело к существенному уменьшении консолидации рынка.

Рис. 4.2 Динамика уровня интенсивности конкуренции (Герфиндаля) 

в основных классах оборудования

Соответствующие индексы (см. рис. 4.2) показывают, что самый высокий уровень конкуренции (максимальное число игроков с небольшими долями рынка) наблюдается именно в инфраструктурных сегментах, в то время как на массовом сегменте, вследствие наличия CyberPower, Ippon и Powercom есть определенная консолидация.

Если же посмотреть, как развивалась ситуация в лидирующей группе в 2025 году, то в первом квартале лидировали CyberPower и Ippon, а за ними, с небольшим отрывом, как в штуках, так и в деньгах следовал Powercom. Далее шли российские бренды Impuls и Parus Electro, между которым различие было меньше погрешности измерения. Суммарно на данную группу компаний пришлось 47% рынка в деньгах.

Но во 2 квартале 2025 г., за счет интенсивных поставок сверхтяжелых модульных систем на первое место в деньгах вышел бренд Parus Electro. За ним, с очень близкими результатами следовали Ippon и CyberPower. Далее – Powercom, CyberElectro и Impuls. Суммарно на группу лидеров пришлось почти 70% рынка в штуках и 57% рынка в денежном выражении.

Однако действия Ippon по развитию бренда и наращиванию инфраструктурной составляющей дали свои результаты, и по итогам 3 квартала 2025 г. компания вышла на 1 место в деньгах. Но разрыв с традиционным соперником CyberPower был совсем небольшой, а на третье месте опять вернулся Powercom. Также следует выделить идущие следом такие российские бренды, как Parus Electro, CyberElectro и Impuls. Суммарно группа лидеров по 3 кварталу контролировала 53% всего рынка в деньгах.

Но к концу года «качели» продолжились. В результате успехов со сверхтяжёлым оборудованием для крупных ЦОДов, по 4 кварталу 2025 г. бренд Parus Electro опять занял первое место. Ippon, в свою очередь, продолжал «утяжеление», и благодаря этому получил серебро. За ними (в деньгах) CyberPower, который остается безусловным лидером массового рынка.

Также в 4 квартале неплохие результаты показали Powercom, Hiden и Impuls. Суммарно группа лидеров обеспечила около 57% продаж. Однако идущая за ними целая группа компаний с приличными результатами обеспечивает некоторый рост интенсивности конкуренции. Отрадно, что большинство из них – российские бренды.

По интегральным итогам 2025 г. первое место всё же отстоял Ippon (напоминаем, что на рынке ИБП основной рейтинг считается по деньгам). За ним Cyberpower и Parus Electro. Далее Powercom, Hiden и Impuls. Суммарно на них пришлось 54% продаж.

 

Ужас, но не ужас-ужас-ужас

Наши постоянные читатели знают, что мы за последнее время уже опубликовали целый ряд обзоров, где подробно рассматривали сценарии и прогнозы для российского рынка ИБП (и не только). Поэтому здесь мы в основном ограничимся ключевыми тезисами, а также коррекциями прежних моделей. А они после форс-мажоров, вызванных глобальным событием (атака США и Израиля на Иран), просто неизбежны.

В целом можем отметить, что наш прогноз на прошедший 2025 год оказался несколько более оптимистичным, чем сложилось в итоге. Напоминаем, что всего в 2025 году на российском рынке ИБП было продано 1,23 млн устройств. В деньгах рынок составил 382 млн долл. По сравнению с 2024 г. в штуках снижение составило 8,9%, а в деньгах – 5%. При этом мы ожидали динамику «около нуля», причем инфраструктурный рынок должен был чувствовать себя лучше массового, что и видно по цифрам. Но по итогу рынок всё же «не добрал» до таргета, и, хотя, в принципе, снижение относительно небольшое, но всё же, минус есть минус.

При этом мы по-прежнему уверены в том, что «неточностью» нашей модели была совсем не ошибка в анализе внутрирыночных факторов, а то, что период сверхвысокой ставки рефинансирования ЦБ затянулся дольше всех самых пессимистичных ожиданий всех без исключения уважаемых экономистов.

Напоминаем, что наш взгляд на сверхжёсткую ДКП заметно отличается от общепринятой. Мы считаем, что в условиях войны Целью Государства является не рост ВВП, благосостояния людей, покупательской способности и т. д. и т. п., а концентрация всех ресурсов (включая человеческие) на достижении победы.

Государству сейчас не нужна лишняя тысяча новых магазинов или кафе, и вообще не в приоритете процветающий малый и средний бизнес, а требуются сотрудники ВПК и воины. Именно поэтому ставка рефинансирования и налоги ударили по всему коммерческому сектору. Что же касается обычных покупателей (да и многие компании тоже), то они предпочли закинуть деньги на депозиты, а не тратить их, что дополнительно придавило потребительский рынок и инвестиции.

И только начавшийся во второй половине 2025 г. цикл снижения ставки не позволил экономике свалиться в рецессию еще тогда. Так что по итогам года ВВП даже еще повысился на 1%. Но ИТ-сектор, и в частности рынок ИБП это уже не вытащило вверх.

Переходя уже к прогнозу на 2026 г., мы сначала приведем наш пассаж, опубликованный еще в октябре 2025 г.:

«Государственные инвестиции внутри Госсектора перераспределены и будут распределяться таким образом, чтобы максимально обеспечить ВПК и силовые ведомства. Коммерческий же сектор остается на голодном пайке, и будут реализовываться только те проекты, без которых ну совсем никак или где есть стратегическое инвестирование, например, маркетплейсы. И поэтому так нужные нам ЦОДы будут реализовываться в той мере, сколько будет найдено денег… Вместе с тем, зная подходы Кремля и его ориентацию на определенную медийность, можно быть уверенным, что ставка будет балансироваться как вверх, так и вниз таким образом, чтобы после преодоления самого критичного периода дать бизнесу вздохнуть и обеспечить рост ВВП на уровне около 2-3% (хотя на текущем новостном фоне кажется, что 0% будет считаться как благо). Меньше плохо, а больше: опять пойдёт давление на «косты»».

И еще одна реплика, уже собственно прогноз на 2026 г., опубликованный в конце 2025 г.: «Учитывая, что наш российский рынок ИБП уже полностью преодолел проблемы 2022 г. и сложилась новая конкурентная среда, с более чем 50% присутствием российских производителей, способная решать все возможные задачи и бороться с турбуленцией, мы в целом позитивно смотрим на 2026 г. Наш прогноз – «флэт», т. е. повторение уровней 2025 г. И это серьезный оптимизм, учитывая текущие внешние факторы!».

Сейчас позади уже 4 месяца 2026 г. К сожалению, рынок продолжает «расхлёбывать» последствия сверхжёсткой ДКП, а также новые налоги, введённые в начале года, существенным образом повлиявшие (в негативную сторону) в том числе на настроения бизнеса. Во-вторых, внезапные дополнительные санкции США на нашу нефтянку привели к резкому увеличению дисконтов, что вкупе с по-прежнему сильным рублём привело к обвалу поступлений в бюджет..

Расходы в полтора раза превысили доходы — 12,885 трлн рублей против 8,309 трлн рублей. Нефтегазовые доходы упали на 45,4% год к году, до 1,443 трлн рублей. Ненефтегазовые доходы выросли на 7,1%, до 6,866 трлн рублей, за счёт повышения НДС до 22%, введённого с января 2026 г.

И это всё привело в итоге к тому, что за январь–март 2026 г. дефицит федерального бюджета России составил 4,576 трлн рублей, или 1,9% ВВП. И это при том, что весь годовой план предусматривал дефицит в 3,786 трлн рублей, или 1,6% ВВП.

От себя добавим, что эти внешне ужасные цифры являются суще мелочью на фоне других крупных экономик. В этом отношении Россия остаётся одной из самых благополучных стран мира, и легко ещё может продолжать увеличивать дефицит бюджета без критичных последствий.

По данным Минэкономразвития, за первый квартал 2026 г. ВВП России сократился на 0,3% в годовом выражении. Некоторые показатели по месяцам квартала: Январь: снижение на 1,8%. Февраль: сокращение на 1,1%. Март: рост на 1,8% (с исключением сезонного фактора — на 1,4%). Однако «с учетом того, что динамика экономической активности в 1 кв. 2026 во многом обусловлена разовыми факторами, прогноз по росту ВВП в 2026 г. сохранен на уровне 0,5–1,5%», — сообщили в Банке России. И, в частности, Совет директоров ЦБ РФ 24 апреля 2026 г. принял решение снизить ключевую ставку на 50 б.п., до 14,50% годовых.

Отсюда уже недалеко до относительно более комфортных 12-13%, когда можно надеяться на начало восстановления инвестиционной активности. (Особенно после недавнего волшебного пенделя, который получил экономический блок Правительства от Президента, который потребовал вернуть экономику на траекторию роста). Однако российская экономика чрезвычайно инерционная, и должны быть дополнительные резоны для ускорения восстановления.

И этот резон недавно предоставил дедушка Дональд Фредович, развязавший безумную войну против Ирана, которая сейчас оборачивается глобальным энергетическим коллапсом. Формально это всё на руку России, ибо почти все ее экспортные составляющие внезапно стали нужны всем. Причём не с дисконтом, а уже даже с премией. В частности, даже несмотря на атаки дронов, экспорт нефти подрос до 3,79 млн б/с, а валовая стоимость составила 2,35 млрд долл. в неделю. И это ещё не предел, и 150 долл. за баррель уже кажутся волне реальной целью.

Это позволило бы надеяться на то, что дефицит плавно перейдёт в профицит и проблемы с бюджетом в итоге будут решены, но не так всё просто. Да, действия США привели к тому, что прекратись даже завтра война и откройся Ормузский пролив, накопившийся дефицит нефти, газа, удобрений, алюминия, гелия и т. д. будет давить на рынок как минимум до конца года, повышая цены.

Но проблема, точнее её первый пласт, в том, что в условиях резкого взлёта цен многие пользователи и даже целые страны сократят потребление или перейдут на альтернативы. Во-вторых, всё это может привести к скорейшему разрешению глобального кризиса, и этот обвал уже приведет к коллапсу спроса, что ударит также и по России. Мы не говорим уже о разрастании военных конфликтов по всему миру, что также неизбежно скажется на спросе или же крайне затруднит экспортные операции.

Если говорить о других негативных факторах, то также необходимо упомянуть то, что после проигрыша Орбана европейский кредит на 90 млрд евро оказался для Украины размороженным, а это как раз та сумма, которая позволяет им спокойно воевать ещё год. А дальше Запад ещё что-нибудь придумает. То есть надежды на скорое окончание СВО в текущей конфигурации сил и финансов мало исполнимы.

Не забываем также о «ИИ-лихорадке», которая уже привела к формированию крупнейшего финансового пузыря в истории челночества, и он обязательно лопнет, вопрос только, когда. И это также приведет к падению спроса, причём не только на нефть и газ, а на сталь, алюминий, медь и далее по списку.

Если же говорить о «хорошем», то нужно помнить, что наше Правительство работает над программой развития ЦОД, согласно которой их количество должно удвоиться к 2030 г. То есть за год нужно вводить по 20-30 тыс. стоек. Лично нам такие планы кажутся мало исполнимыми, и в первую очередь из-за дефицита электроэнергии, особенно вокруг мегаполисов. И возможные мегапроекты, например, в Кузбассе, где есть идея развития генерации на сжигании угля вместо его экспорта и размещения ЦОДов там же, — это довольно длительное время, а свободные мощности требуются уже сейчас. Сейчас российские ЦОДы совокупно потребляют до 2 ГВА (кстати, майнеры даже чуть больше), и где найти ещё минимум 2 ГВА – большой вопрос.

На этом этапе рекомендуем ещё раз вернуться к нашему прогнозу, вышедшему полгода назад. Мы сами его проработали ещё раз и не нашли каких-либо «косяков». В целом всё так, и даже форс-мажоры последних месяцев не перечёркивают его. Напоминаем, что в качестве основного сценария рассматривался «флэт», т. е. сохранение уровней прошлого года.

Но, через несколько месяцев после выпуска прогноза были получены итоги 2025 г., и мы смогли пересчитать Установленную Базу ИБП по состоянию на начало 2026 г, и на этом основании смоделировать «нулевой вариант», т. е. то количество ИБП, которое требуется для сохранения УБ в прошлом состоянии. Фактически, вся та большая статья и большие расчёты делались ради этой композиции.

Рис. 5. Прогноз по динамике продаж ИБП. Тыс. штук. Данные ITResearch

Данная модель дает довольно парадоксальную, разнонаправленную возможную динамику (см. рис. 5). То есть для сохранения УБ ИБП в России в текущем году потребуется нарастить интегральные продажи на 3,9%. При этом в массовых ИБП необходим существенной рост — в 9,7%. А в корпоративных сегментах, напротив, мы получили виртуальное снижение, 19% и 17,8% соответственно.

Что означает последнее «падение»? Дело в том, что по корпоративным устройствам в последнее время наблюдались опережающие поставки, в результате чего образовался значительный навес из достаточно «свежих» устройств, которые ещё нескоро нужно будет менять. Это локальный «провал», но он есть, и его влияние мы расцениваем как остро-негативное. То есть Установленная База как ключевой фактор, обеспечивающий продажи, временно снизит поддержку текущего рынка.

Здесь приведём ещё одну цитату: «При этом в качестве вполне вероятного сценария (25%-30%) мы рассматриваем даже небольшой рост, особенно в сегменте ИБП для ЦОД. Особенно, если ИИ-лихорадка будет продолжаться. Несмотря на угрозы, будут реализовываться многие проекты, заложенные ещё до запредельного уровня ставки. В этом отношении даже больше беспокоит 2027 г., бюджетирование которого во многом зависело от негативного летнего настроения 2025 г. Но мы надеемся, что обозначенные глобальные факторы к тому времени уже разрешатся, а мирная экономика и реализация огромного латентного спроса всё преодолеют».

Данная статья уже была готова к печати, когда мы получили данные за 1 квартал 2026 г. Вкратце: российский рынок ИБП переменного тока составил 217 тыс. устройств всех классов и мощностей… В деньгах рынок оценивается в 70 млн. долл. Годовая динамика (YTD, по сравнению с 1 кварталом 2025 г.) показала снижение продаж в штуках на 18,7%. Однако рынок при этом в деньгах даже вырос почти на 1%. Это связано с тем, что в прошлом году в начале года хорошо чувствовали себя массовые ИБП, сейчас же фокус был на тяжелых инфраструктурных решениях, вследствие чего средневзвешенная стоимость (стоимость одного ИБП в целом по рынку) выросла на 24%. Следует отметить, что продажи сверхтяжелых модульных ИБП для крупных ЦОД продолжают увеличиваться. Диапазон средних мощностей при этом в стагнации.

На первый взгляд, пока частично выглядит как диссонанс с озвученным чуть выше тезисом, что УБ будет требовать повышения продаж массовых ИБП, в то время как они пока упали. Но напоминаем, что эти расчёты (УБ) не императив, поскольку в них есть как физическое, так и моральное устаревание, а последнее более гибко и может подстраиваться под реалии рынка (падение инвестиций, недопоставки). Своё рынок еще возьмет. Но что касаемо самого тяжёлого оборудования, то здесь мы попали в точку!

Основной сценарий «флэт» в целом остается в силе, даже несмотря на провал начала года. Но при этом инфраструктурные ИБП, в отличие от предыдущих лет, будут под давлением. В On-line-сегменте малой и средней мощности, где важен вклад коммерческого сектора, очень вероятен серьезный провал.

Однако при этом модульные решения мощностью 200+ Ква на фрейм, применяемые в крупных ЦОДах, имеют очень серьезные шансы к росту. Причем, речь будет идти не об единичных устройствах, и даже не решениях в несколько мегаватт, а именно о серьезных комплексах на десятки и даже сотни мегаватт.